«Черный русский»: иммерсивный спектакль. Полное погружение в театральное действие

Содержание

Чёрный русский, обзор спектакля-триллера на Porusski.me

«Черный русский»: иммерсивный спектакль. Полное погружение в театральное действие

Если в наше время слышишь термин «иммерсивный спектакль», то сразу думаешь о «Черном русском», поставленном по мотивам романа А.С. Пушкина «Дубровский». Этой постановкой режиссер М. Диденко вместе с продюсерами Е. Новиковой и Д.

Золотухиной взбудоражили всю Москву, так что получить «приглашение» в дом Троекрурова стало уже «делом чести».

Да и где еще встретишь медийных лиц, смирно стоящих в очереди и ожидающих свое право войти внутрь? И помните, что вы пришли в чужой дом, поэтому либо считайтесь с его правилами, либо покиньте его навсегда.

В этом доме сходят с ума…

Особняк Спиридонова, использовавшийся больше для фотовыставок и различных перформансов, с легкой руки художника М. Трегубовой превратился на время в Дом помещика Троекурова.

Просторные помещения стали хозяйскими комнатами, сараем с сеновалом, где за загоном бродят гуси с овцами, и лесом, в котором прячется то ли медведь, то ли разбойник Дубровский. Само действие начинается уже с порога: еловые ветви дурманят запахом, а кухня полна яствами на любой вкус.

Вас хлебосольно встретят с дороги и угостят, как дорогого гостя, водкой и черными блинами, которые для вас приготовит И. Брагина (Арина). Уже сама атмосфера приводит нас в тревожное состояние. Постоянное нагнетание, полумрак, дым. Слуги в черных одеяниях, которые появляются из ниоткуда и в ту же минуту пропадают.

Везде подстерегают сюрпризы. Все это превращает вас в натянутый нерв. Уровень тревоги зашкаливает, и в этом состоянии вам предстоит находиться до самого конца. Пока вас громогласно не попросят покинуть дом.

В этом доме нельзя предсказать, куда вас заведёт судьба…

Почти с порога вам выдадут одну из трех масок, которая и определит вашу судьбу на ближайшие полтора часа.

По случайному выбору распорядителя вы станете Совой, Лисой или Оленем, а затем, в зависимости от маски, увидите сюжетную линию помещика Троекурова (В. Дель), его дочери Маши или самого Дубровского (В.

Кошевой) соответственно. Вы следуете за одним из персонажей, а другие истории окажутся для вас тайной.

Итак, маска Лисы сама определила наш маршрут, а значит, сегодня наблюдать предстоит за Машей Троекуровой (М. Ворожи) – девушкой отнюдь не робкой, даже с «чертовщинкой». Она с озорством карабкается по гигантским игрушкам в детской и не падает в обморок при виде медведя в лесу.

Но при этом в героине есть неподдельное обаяние, которое располагает к ней с первой же минуты и заставляет сопереживать ей, проходя различные этапы ее метаний. Ближе к финалу за большим круглым столом смешаются судьбы, герои и зрители.

Именно тут можно будет увидеть развязку этого триллера.

Собрав актеров по разным театрам, спектакль получил двух Маш, четырех Владимиров и еще десяток актеров, которые обладают не только хореографической подготовкой, но еще и серьезным вокалом, – а петь им предстоит много.

В этом доме запрещено смотреть, однако гости остаются вправе подглядывать…

Термин «иммерсивный театр» предполагает вовлечение зрителей в само действие, которое они перед собой видят. Здесь нет деления на зрительский зал и сцену. Актеры находятся среди зрителей.

И в этом пока заключается главная проблема, так как раскрепостить публику не может ни обилие водки, которой угощают перед началом, ни маски, которые, по сути, должны обезличить нас и освободить от зажатости.

Когда в глухом лесу Дубровский вкладывает тебе в руку записку с просьбой передать ее Маше Троекуровой, делая тебя не просто наблюдателем, а непосредственно соучастником происходящего, то первое, что испытываешь, – это растерянность, а не азарт, ради которого эти тайные задания и были придуманы.

Зрители ленятся проживать и создавать эту историю вместе с героями, считая, что их миссия заканчивается на покупке билета. Они сами не готовы участвовать в процессе и продолжают воспринимать все происходящее через призму театральной рампы. А ведь от того, получит Маша записку или нет, ход событий, возможно, будет развиваться по-разному, – по крайней мере, в это хочется верить. Спасает то, что артисты работают на максимуме возможностей, компенсируя тем самым пассивность и неучастие зрителей.

Сыграв на тонких струнах загадочной русской души, спектакль получился экспрессивный и новаторский.

Эта история нам близка и понятна, поэтому вряд ли любой другой иностранный текст мог прозвучать с такой же силой. Взяв за основу, наверное, самый мистический роман А. С. Пушкина, М.

Диденко сделал настоящую русскую “клюкву” с хороводами, медведями и кокошниками. Но “клюква” эта получилась ну очень “вкусная” и стильная.

 Ксения Угольникова

Источник: https://porusski.me/2016/11/28/017-spektakl-triller-chyornyj-russkij/

Блоги / Inc: Иммерсивный спектакль «Черный русский»: можно ли заработать на театральном проекте?

«Черный русский»: иммерсивный спектакль. Полное погружение в театральное действие

Курс валют предоставлен сайтом old.kurs.com.ru  
Дарья Золотухина и Елена Новикова / Алексей Абанин/Inc

Оригинал статьи

Иммерсивный (то есть интерактивный, с вовлечением зрителя) спектакль «Черный русский» по мотивам пушкинского романа «Дубровский» создали глава маркетинговых коммуникаций «Яндекс.Такси» Дарья Золотухина и бывший руководитель ивент-подразделения BBDO Russia Елена Новикова.

Шоу проходит в особняке Спиридонова в Малом Гнездниковском переулке в Москве. Сцены нет: зрители наблюдают за персонажами на расстоянии вытянутой руки, перемещаясь по зданию вместе с актерами.

Идея родилась зимой 2015–2016 годов, когда Дарья и Елена в свободное время продюсировали постановки театра «Мастерская Брусникина». Премьера «Черного русского» состоялась уже в сентябре, а первый сезон «закрыли» с выручкой 82 млн рублей. Сейчас идет второй сезон шоу — по два представления в день.

Дарья Золотухина рассказала Inc., сложно ли создать успешный коммерческий театр в России, почему основатели-маркетологи почти не тратят деньги на маркетинг и на что ушли 45 миллионов рублей инвестиций.

Начало

«Черный русский» начался с того, что мы нашли особняк Спиридонова, влюбились в него и договорились с владельцем об аренде для спектакля.

 Нам хотелось создать что-то абсолютно новое, авторский продукт, опыт, который расширит границы сознания зрителя. Предложили проект режиссеру Максиму Диденко, мастеру физического театра.

Начали поиск материала, Максим пригласил драматурга Костю Фёдорова, и они предложили поставить шоу по мотивам «Дубровского».

По задумке наш проект — одновременно и смелый постмодернистский эксперимент, и качественное городское развлечение. Поэтому над «Черным русским» работала команда ньюсмейкеров нового русского авангардного театра — режиссер Максим Диденко, композитор Иван Кушнир, художник Маша Трегубова, хореограф Евгений Кулагин, видеохудожники Олег Михайлов и Илья Старилов, драматург Константин Фёдоров.

Деньги

Финансирование находили стихийно: сперва мы использовали собственные средства, затем помогли меценаты, вложившие 15 млн рублей, а после мы нашли партнера, владельца металлургической компании «А ГРУПП» Алексея Зайцева. Общие инвестиции в проект составили примерно 45 млн рублей.

Ключевой пункт расходов — гонорары артистов (их два состава) и создателей, а также зарплаты членов команды спектакля.Всего в проекте задействовано 70 человек, включая гримеров, костюмеров, звукорежиссеров, реквизиторов, технический персонал, администрацию. В первом сезоне только на гонорары артистам ушло почти 40 млн рублей.

Алексей Абанин/Inc 
На аренду и переоборудование здания потратили 20 миллионов рублей. Мы построили театр с нуля на площадке, не предназначенной для этого. Создали гримерный и звуковой цехи, костюмерную, обеспечили условия для репетиций, переоборудовали здание под художественную и техническую задумку, а именно — оснастили необходимым звуковым и световым оборудованием, проекторами (более двадцати подвесных проекторов, под них требовались специальные конструкции в виде колонн и ферм), монтаж объемных статических декораций. Здание носит историческую ценность, поэтому все работы были проведены без изменения текущего убранства особняка. Например, мы не могли трогать стены, потолок, лестницу, не могли установить кондиционеры. Это всё большие расходы на фоне того, что ты создаешь краткосрочный театральный проект. После демонтажа мы также понесем расходы на реставрацию здания, но она в целом будет косметической.

Мы учимся на своих ошибках. Если изначально мы составляли бизнес-план с окупаемостью за два года, то сейчас нам кажется более эффективным вариант быстрого возврата — когда шоу идет недолго, а цены на билеты высокие.

Пока есть ажиотаж, билеты продаются на уровне 100% солд-аута на несколько недель вперед. К тому же продукт очень качественный, билеты не могут стоить дешево.

Если бы мы запускали подобный проект сегодня, мы сделали бы его еще более нишевым, с более дорогими билетами, и стремились бы отбить инвестиции за 6–8 месяцев.

Сможем ли мы вернуть все инвестиции и быть в ощутимом плюсе — пока нельзя сказать. По сути, мы уже в плюсе, но это потому, что значительная часть инвестиций — средства меценатов, невозвратные.

Если бы все деньги были от инвесторов, смог бы в этом случае «Черный русский» стать коммерчески успешным? Думаю, что это реально, если играть шоу 1,5 года, однако размер целевой аудитории для такого авангардного продукта неизвестен. Есть, например, производитель мюзиклов Stage Entertainment — образец успешного коммерческого театра.

Что касается более сложного жанра (как в случае с нашим постмодернистским перформансом), то здесь необходимо постоянно искать компромисс между качеством шоу и коммерческой эффективностью.

Алексей Абанин/Inc 
Ценообразование на билеты далось сложно. Мы консультировались с экспертами билетного рынка, но так и не решились применить какую-то выверенную модель, работающую в других театрах. Мы почти интуитивно начали со стоимости 4 500 рублей до старта пиар-кампании, но после премьеры подняли цену стандартного билета до 5 900 рублей,  — такой она остается и сейчас. Также используем динамическое ценообразование: если спрос высокий, обычно на пятничные и субботние представления, то за 2–3 дня до шоу последние 10 билетов продаем по 7 500 рублей.

Мы нашли небольшие источники дополнительной монетизации.Во втором сезоне мы ввели новую категорию билетов. Их обладатель получает фирменные сувениры шоу: кружевные маски, кожаные стэки, альбомы с музыкой из спектакля.

Продажи билетов стабильны уже больше полугода. Основная пиар-волна была на старте и в первые две недели премьерной и послепремьерной шумихи, — тогда мы распродали все билеты на месяц вперед. Затем ежедневные объемы продаж снизились на 5-10% и стабилизировались.

В феврале был сезонный спад, его каждый год наблюдают продавцы билетов во всех театральных и концертных сегментах. Мы тоже заметили небольшое затишье. Но поскольку количество зрителей у нас маленькое (3 500 человек в месяц), то и заполняемость высокая.

Для сравнения: мюзиклы посещает столько же зрителей за 2–3 дня.

Окупить подобные проекты, наверное,  можно только в Москве. Я не представляю другого города в России, где реально было бы обеспечить поток зрителей, который позволит если не заработать, то хотя бы вернуть затраты.

В театральной индустрии всего мира коммерчески успешных кейсов — два: бродвейские мюзиклы (многие мировые столицы повторяют эту практику) и иммерсивное шоу Sleep No More в Нью-Йорке с ежегодным оборотом $30 млн. Люди пытаются повторить этот успех на других рынках. В этом, мне кажется, одна из причин популярности иммерсивного театра как формата городского развлечения.

Алексей Абанин/Inc 
Продвижение

Нам необходим популярный продукт, поэтому используем и тег «шоу», и тег «спектакль», — работаем и на театральную аудиторию, и на тех, кому театр вовсе не близок.

У нас не было и нет охватных медийных каналов — наружной рекламы, например. Идея спектакля и маркетинговые коммуникации выстроены таким образом, что обеспечивают вирусный потенциал и мощное сарафанное радио.

Когда человек покупает билет, он получает на e-mail «Правила дома Троекурова» — правила игры, с которыми надо ознакомиться перед шоу. То есть зритель уже в момент покупки билета погружается в атмосферу спектакля, предвкушает определенные ощущения.

Этим хочется делиться в соцсетях: о «Правилах дома Троекурова» и впечатлениях от шоу в Instagram рассказывает наш каждый третий зритель. Это очень хороший показатель.

Для продвижения мы используем пиар, сарафанное радио, органические и рекламные посты в  и Instagram. Часто на шоу приходят популярные блогеры и другие лидеры мнений, и их посты вызывают всплеск продаж билетов. Но поскольку такие гости бывают на представлении каждый уикэнд, эти подъемы стабильны и равномерны.

У нас нет охватных ATL-каналов, потому как продукт довольно нишевый, к тому же затраты на наружку или ТВ в нашем случае были бы совершенно не оправданы.

Мы, в первую очередь, стараемся создать максимально креативный контент, которым людям захочется делиться, который повысит engagement rate — уровень вовлечения аудитории в социальных сетях в наших аккаунтах, который будет генерить и усиливать поток сарафанного радио.

Так, например, интригующие правила Дома Троекурова, которые человек получает в билете и которые опубликованы на нашем сайте, имеют отличный виральный эффект — люди постят у себя скриншоты/фотографии билетов, цитаты из правил, обыгрывают их. Очень важно постоянно создавать контент, которым хочется поделиться.

В этом случае продукт сам себя продает. Мы записали саундтрек к спектаклю (он доступен в iTunes), сняли клип на саундтрек, сделали линейку сувенирной продукции — все это усиливает впечатления зрителя и создает органический buzz.

Алексей Абанин/Inc 
Многие посещали шоу два или три раза — благодаря продюсерскому ходу, который мотивирует зрителя вернуться и посмотреть на события с другой стороны. Сюжет можно увидеть глазами трех героев, но во время одного посещения вы наблюдаете только за одним персонажем: Троекуровым, Дубровским или Машей. Такой подход позволяет нам не инвестировать значительные суммы в маркетинг и  работать с уже существующей аудиторией.

P.S

На спектакле зрители наблюдают за артистами, а мы — за зрителями: изучаем их психотипы. Многие закрыты, не реагируют на инициативы артистов, прячут руки в карманы, прижимаются к стене, отворачиваются.

Другие, напротив, ведут себя чересчур активно. Однажды зрительница выхватила пистолет у артиста и выстрелила ему в ухо. Выстрел холостой, но барабанные перепонки повредить можно легко, — в тот раз обошлось.

Зритель тоже играет, участвует в шоу.

Отдельный блок работы каждого артиста иммерсивного театра — научиться быстро считывать реакции зрителя, держать в уме несколько вариантов развития сцены и применять их в зависимости от ситуации. Этому невозможно научиться на репетициях — навык приходит с опытом: после 10, а то и 20 отыгранных спектаклей. И даже у таких артистов случаются непредвиденные ситуации.

Делать коммерческий театр в России — трудно. Большинство постановок не окупаются, при этом затраты — колоссальные. Поэтому основная сложность — отсутствие господдержки.

Тем не менее в прошлом году коммерческий театр получил мощный толчок — прежде всего благодаря тренду интерактивности представлений.

 Зрителя вовлекают в происходящее, и это приводит новую, до того момента «нетеатральную» аудиторию. А значит, появляется возможность вернуть вложения и заработать.

Самые нашумевшие проекты в России — Remote Moscow, «Твоя_игра», «Вернувшиеся» и, конечно, наш проект «Чёрный Русский».

 Виктор Вилисов

Читайте нас в ,  и ВКонтакте.

ведущие: Ирина Петровская, Лев Гулько

Всё время хочется сказать, что не лучше ль на себя, кума, оборотиться. Но, разумеется, никто не собирается оборачиваются на себя, когда есть такой объект для критики и, прямо скажем, даже не критики, а поношения…

Источник: https://echo.msk.ru/blog/incrussia/1950486-echo/

«Черный русский»: иммерсивный спектакль. Полное погружение в театральное действие

«Черный русский»: иммерсивный спектакль. Полное погружение в театральное действие

«Чёрный русский» – один из первых в России иммерсивных спектаклей. Трудно сказать определённо, спектакль это, шоу, мюзикл или квест? Тут нет сцены, дистанции между актёрами и зрителями. Это вы, а не исполнители ролей, наденете маски и станете на время как будто кем-то иным.

Зрители не просто участвуют в действе, они оказываются среди персонажей, полностью погружаются в жизнь героев. На время можно даже забыть о том, что вы живёте в Москве XXI века.

В хлеву, где ходят настоящие гуси, пахнет свежескошенным сеном, на кухне можно выпить стопку водки, а в лесу нужно постараться не потеряться.

Спектакль

Спектакль проходит в доме Спиридонова в Малом Гнездниковском переулке. Ради этого представления особняк на время превращается в дом Троекурова, известного всем по повести Пушкина «Дубровский».

Комнаты, переходы, лестницы, коридоры – всё пространство участвует в триллере, создаёт неповторимую атмосферу. На каждый спектакль приглашают не больше 80 зрителей. Гостям раздают маски – совы, оленя или лисы.

То есть, стороннего свидетеля, безмолвной жертвы или хитрого подстрекателя. От того, какая маска досталась вам, зависит маршрут, по которому вы будете бродить по дому, какой из трёх вариантов спектакля увидите.

Для одних гостей главным героем окажется Дубровский, для других – Троекуров, для третьих – Маша. Но во время спектакля все три группы гостей встретятся на балу в большом зале.

«Чёрный русский» – спектакль, созданный по мотивам «Дубровского». Значит, от него не нужно ждать точного следования букве повести, готовьтесь к неожиданностям! Например, тут целых три Дубровских (на каждую группу зрителей по своему).

На кухне вам предложат стопку водки и продукты чёрного цвета: изюм, баклажаны, кровяная колбаса, бородинский хлеб. Знаменитая сцена с медведем будет, но сначала француз Дефорж (он же Владимир Дубровский) станцует с медведем.

Вообще, поют и танцуют в спектакле все актёры.

Пожалуй, стоит предупредить, что особо впечатлительным людям необходимо оценить свои силы и решить, идти ли им на «Чёрного русского».

Некоторые зрители оставляют отзывы о том, что на них произвели тяжелое впечатление громкие выстрелы, музыка, гробы, которые присутствуют в спектакле.

Но есть и диаметрально противоположные впечатления – кому-то вся эта «черная атрибутика» щекотала нервы и пришлась по вкусу.

Команда «Чёрного русского»

Максим Диденко известен театралам как хореограф, танцор, педагог, режиссёр, актёр. В последнее время он считается одним из главных театральных ньюсмейкеров.

Номинант самого авторитетного российского фестиваля и премии «Золотая маска» за постановку спектакля «Пастернак. Сестра моя – жизнь» в «Гоголь-центре».

Представление «Чёрный русский» стало одним из самых громких премьер нынешнего театрального сезона.

Драматургом, который адаптировал «Дубровского» для постановки в доме Троекурова, стал Константин Фёдоров. С Максимом Диденко он уже работал над мюзиклом «Лёнька Пантелеев» (тюз им. А. А. Брянцева), спектаклем «Хармс. Мыр». Одна из его работ – нашумевший поп-арт-мюзикл «Зомби-зомби-зомби».

Максим Диденко (справа) и зритель его спектакля Максим Виторган (слева)

Для постановки Максим Диденко собрал больше 20 актёров из разных столичных театров. Равшана Куркова («Практика», Марина Ворожищева (Театр наций, «Практика»), Илья Дель, Гладстон Нахиб (прославленная мастерская Брусникина), Василий Бриченко («Гоголь–центр»)… Теперь все они играют в одном спектакле.

Композитором «Чёрного русского» стал Иван Кушнир. Он уже работал с Максимом Диденко над спектаклями «Пастернак. Сестра моя – жизнь», «Хармс.

Мыр» в «Гоголь-центре», «Конармия» в Центре имени Мейерхольда, «Флейта-позвоночник» в Санкт-Петербургском государственном академическом театре им. Ленсовета.

Иван – один из ведущих композиторов нового русского театра, которому, кажется, интересно всё: хип-хоп, классическая музыка, хард-кор. В постановке Максима Диденко он соединяет древнерусские обрядовые песнопения, техно, трип-хоп, русскую хоровую музыку.

Хореограф спектакля – Евгений Кулагин. Те, кто побывал на «Машине Мюллер» в «Гоголь-центре», конечно, не могли не запомнить его работу. Под его руководством актёры в «Чёрном русском» кувыркаются на крутящемся столе, замирают в невообразимых позах. Евгений отмечает, что хореографию он разрабатывал совместно с актёрами: фантазировали, делали этюды, разучивали танцы.

Мария Трегубова, художник-постановщик ещё студенткой стала одним из самых востребованных сценографов Москвы. Главный художник лаборатории Дмитрия Крымова. Она – обладатель «Золотой маски» за спектакль «Алиса» (БДТ). Работала над спектаклями в ведущих российских театрах, на её счету участие в постановках Дюссельдорфского драматического театра.

За костюмы героев «Чёрного русского» отвечает Евгения Панфилова («Золотая маска» за работу в «Золушке», театр «Практика»). Она сотрудничала с Константином Райкиным, Романом Виктюком, Кириллом Серебренниковым. художники: Илья Старилов и Олег Михайлов.

Мировая тенденция

Иммерсивный театр, он же театр–променад или театр–бродилка набирает популярность по всему миру.

В мировой индустрии развлечений представления, создающие эффект полного погружения в сюжет и атмосферу спектакля – один из основных трендов. Зритель тут – полноправный участник действия.

Актёры в любой момент могут завязать вам глаза, отвести в другую комнату, застыть перед вами и долго смотреть в глаза.

Лондонская группа PunchDrunk считается законодателем жанра. Их спектакли известны тем, что зрители оказываются в пространстве, которое по атмосфере напоминает фильмы Дэвида Линча, Стенли Кубрика и Альфреда Хичкока.

«Sleep No More», спектакль, который можно назвать визитной карточкой иммерсивного театра, создан в Нью-Йорке. Он идёт в заброшенном пятиэтажном отеле. Зрители бродят в обстановке психиатрического отделения, по кладбищу и отелю 30–х годов прошлого века.

Сейчас спектакли–променады появились и в России. Вы можете стать одними из первых зрителей, купив билет на сайте parter.ru.

Материал размещен на правах рекламы

Источник

Источник: https://corrida-club.ru/activities/chernyi-rysskii-immersivnyi-spektakl-polnoe-pogryjenie-v-teatralnoe-deistvie.html

Иммерсивный театр в рекламе и вне ее: детальное погружение

«Черный русский»: иммерсивный спектакль. Полное погружение в театральное действие

Уже несколько лет широкую российскую аудиторию привлекают новые иммерсивные шоу. В их числе как адаптации зарубежных произведений, так и оригинальные постановки.

В чем секрет успеха этого театрального формата, и где он появился впервые? Какие модные спектакли можно посмотреть в Москве и за рубежом? Как бренды вовлекаются в театральную среду? Об этом рассказывает команда креативного агентства BOOTLEG (BBDO Group).

Sleep No More

Революционное переосмысление классических театральных канонов привело к появлению иммерсивного театра как самостоятельного творческого направления. Границы между актерами и зрителями растворились, спектакль сошел со сцены, публика полностью погрузилась в происходящее.

Явление иммерсивного театра стало популярным благодаря американскому шоу Sleep No More в постановке британской труппы Punchdrunk.

Такая интерпретация шекспировского «Макбета» в стилистике триллеров Хичкока полностью стерла привычную театральную скованность зрителя. Действие спектакля разворачивалось не на сцене, а на каждом уровне пятиэтажного отеля.

Зрители могли полностью погрузиться в сюжет и атмосферу постановки, перемещаясь вместе с актерами сквозь многослойное театральное представление.

Remote Moscow, Cargo Moscow, «Кандидат»

Большинство иммерсивных спектаклей в России — это адаптации уже существующих европейских перформансов.

Под руководством московского импресарио Федора Елютина по франшизе были успешно реализованы многие зарубежные проекты: спектакль-прогулка по Москве Remote Moscow и спектакль на колесах Cargo Moscow швейцарско-немецкой компании Rimini Protokoll, а также шоу о выборе «Кандидат» нидерландского союза Ontroerend Goed. У московской публики новый формат искусства пользуется ажиотажным спросом.

Чем ответили московские режиссеры

Столичные театралы с энтузиазмом восприняли иммерсивный спектакль «Черный русский» по мотивам неоконченного романа А. С. Пушкина «Дубровский». Погружающее действие разворачивалось в старинном особняке в самом центре Москвы. Залы, переходы, коридоры и лестницы иллюстрировали «оживший» дом Троекурова.

Перемещаясь по театральному пространству, зрители скрывали лица за масками животных: лис, сов или оленей. Каждой маске соответствовала своя сюжетная линия.

Пары, пришедшие на представление вместе, могли разделиться, чтобы острее прочувствовать атмосферу происходящего и впоследствии, обменявшись впечатлениями, воссоздать целостную картину повествования.

Также в Москве состоялась премьера иммерсивного шоу с полным эффектом погружения «Вернувшиеся» по мотивам пьесы Генрика Ибсена «Привидения». Это семейная драма конца XIX века, где главную героиню преследуют фантомы из прошлого, радикально меняя будущее.

Зрителям позволено ходить по всем комнатам старинного особняка, исследовать коридоры и потайные лестницы. Также можно избрать тактику преследователя и перемещаться за одним персонажем, а можно действовать хаотично, стараясь все увидеть и прочувствовать.

Иммерсивный театр: воплощение в рекламе

Сейчас иммерсивное искусство носит не только развлекательный характер, но и затрагивает насущные вопросы: статус беженцев, серые будни дальнобойщиков, существование тоталитарного режима, выбор жизненного пути. Зритель больше не заложник театрального кресла, он не смотрит на проблему со стороны, а оказывается в эпицентре событий.

В 2017 году бренд Miller отметил Хеллоуин с помощью иммерсивного спектакля, где красной нитью проходила тема зловещего технологического настоящего. Агентство BOOTLEG (BBDO Group) для Miller разработало кампанию «Выберись из реальности», основой которой стал иммерсивный спектакль.

Проект был создан в коллаборации со студией Stereotactic и Алексеем Розиным, режиссером театральной постановки «Копы в огне».

Вместо обычной тематики вроде бледных вампиров и шрамированных зомби Miller заострил внимание на страхах современного общества перед технологиями, чрезмерной погруженности пользователей соцсетей в виртуальный мир и на таящихся в этом опасностях и дал людям возможность проверить себя и узнать, в каком из двух миров они находятся — реальном или виртуальном.

В процессе иммерсивного действия «Выберись из реальности» посетителям предлагалось проявить себя и выполнить ряд заданий: сделать удачное селфи, повторить танцевальное движение, ответить на интеллектуальные вопросы. Интерактивная система оценивала действия участников, выставляя баллы.

На самом же деле компьютерный голос лишь озвучивал задания, а привычные знаки лайка и дислайка выставляли люди, которые за мгновение до этого сами выполняли задания и получали оценки якобы от системы.

Так иммерсивный формат захватил новую для себя территорию — рекламу, а зрители задались актуальным вопросом: «Куда приведет человечество глобальная диджитализация?»

«Черное зеркало» в иммерсивном формате

Ни для кого не секрет, что ежедневно мы делимся личными достижениями и выставляем на показ самое сокровенное.

Многочисленные лайки приносят нам истинное удовлетворение, а двойной тап по экрану уже превратился в рефлекс. «Палец вверх» стал символом самореализации и успеха.

В какой-то момент мы стали заложниками фейсбучной похвалы, ничего не значащих, мимолетных восторгов, источником которых являемся мы сами.

Продолжая тему технологий, в январе этого года в Италии в поддержку выхода 4 сезона «Черного зеркала» прошла вечеринка-инсталляция, отсылающая к сюжетным линиям сериала и стремительному наступлению технологического будущего. На этом мероприятии аббревиатуры DC/FC ничего не значили.

Единственной возможностью попасть на вечеринку было наличие 1000 подписчиков в «Инстаграме». В мире, где социальные сети стали неотъемлемой частью нашей жизни, уже не мы решаем, что нам есть, что смотреть и куда ходить. Мнение фолловеров теперь сильно влияет на наш собственный выбор.

Скачок в будущее

Жанр иммерсивного театра продолжает развиваться. Ежегодно запускаются площадки, где зрителя все больше вовлекают в действие.

Из-за растущей скорости жизненного ритма, из-за огромных потоков информации, получаемых ежечасно со всевозможных ресурсов, нам становится все сложнее долго фокусировать внимание на чем-то одном.

Консервативные театральные трехчасовые постановки теряют актуальность, классические произведения ищут новых воплощений, новых взглядов, нового погружения со стороны зрителя.

Источник: https://www.sostav.ru/publication/immersivnyj-teatr-v-reklame-i-vne-ee-detalnoe-pogruzhenie-30845.html

Иммерсивный театр: что это такое и на что сходить в Москве

«Черный русский»: иммерсивный спектакль. Полное погружение в театральное действие

Феномен иммерсивности (от англ. immersive – «создающий эффект присутствия, погружения») – один из основных трендов современной индустрии развлечений.

Сегодня иммерсивным стало буквально все: уже перестала казаться чем-то из области научной фантастики дополненная и виртуальная реальность; про компьютерные игры все и так понятно; иммерсивным медленно, но верно становится жанр кино (будете в Лондоне – обязательно загляните на Secret Cinema); уже появились первые иммерсивные книжки; все популярнее становятся городские квесты. Иммерсивный театр стал закономерным итогом нескольких тенденций – как в актуальной режиссуре, так и в области городского досуга.

Иммерсивный спектакль создает эффект полного погружения зрителя в сюжет постановки, это театр вовлечения, где зритель – полноправный участник происходящего. В любой момент актеры могут начать прямое взаимодействие со зрителем – например, могут завязать зрителю глаза и отвести за руку в другую комнату и оставить там, могут обнять или поцеловать, а могут просто долго смотреть глаза в глаза.

Помните знаменитую формулу Шекспира: «Весь мир театр, а люди в нем актеры»? В иммерсивном театре нет зрительного зала в традиционном смысле этого слова, а значит, нет и так называемой «четвертой стены», отделяющий актеров от зрителей. Действие театра-променада развивается одновременно в разных локациях.

Режиссеры, в свою очередь, предлагают публике новые поведенческие сценарии, давая ей более активную роль: зрители спектаклей-бродилок могут сами выбирать свой маршрут – ту или иную линию сюжета – и переходить от одной локации к другой, а где-то даже влиять на происходящее.

Такой спектакль складывается из разных сюжетов подобно тому, как кусочки складываются в мозаику.

Иммерсивный театр в мире

Sleep No More – обезличенный «тотальный» спектакль

Законодателями жанра иммерсивного театра принято считать лондонскую группу PunchDrunk, знаменитую тем, что она погружает зрителя в пространство, похожее по атмосфере на загадочные картины легендарных кинорежиссеров Стенли Кубрика, Альфреда Хичкока и Дэвида Линча. 

Один из самых известных спектаклей жанра иммерсивного театра – знаменитая постановка Sleep No More, которая вот уже не один год захватывает воображение зрителей Нью-Йорка. В основе шоу лежит «Макбет» Уильяма Шекспира.

Спектакль идет в огромном заброшенном пятиэтажном отеле McKittrick, который порой напоминает бесконечный лабиринт из вдруг материализовавшихся ночных кошмаров. При входе всех пришедших просят надеть белую венецианскую маску, которую они обязуются не снимать в течение всей постановки.

Зрители оказываются предоставлены сами себе в обстановке психиатрического отделения, кладбища и отеля 30-х годов, где перформанс и инсталляция встречаются с site-specific-хореографией.

Многослойное действие завораживает: в Sleep No More можно легко почувствовать себя вуайеристом и увидеть, как похожие на призраков герои занимаются любовью, убивают друг друга, смывают кровь в ванной.

Здесь можно все то, что строго запрещено в традиционном театре – трогать руками декорации и вступать в контакт с «реквизитом», но нужно быть готовым к тому, что и жители заброшенного отеля могут вступить с вами в контакт.

Then She Fell – камерное индивидуальное приключение

Актуальный иммерсивный театр нельзя представить без постановок креативной продюсерской команды Third Rail Projects, известной своими экспериментальными спектаклями в необычных локациях с соединением элементов театра, танца, звуковых и арт-инсталляций и необычной хореографии.

Один из наиболее амбициозных спектаклей этой команды – Then She Fell, действие которого происходит в заброшенной психиатрической больнице в Бруклине в Нью-Йорке. В отличие от Sleep No More, где около 300 обезличенных зрителей оказываются предоставлены сами себе, в Then She Fell обстановка гораздо более интимная и камерная.

В этом спектакле, поставленном по «Алисе в Стране чудес» Льюиса Кэрролла, задействовано 8 актеров и всего 15 зрителей, которые разделены на маленькие группы, чьи маршруты продуманы и выверены режиссерами.

Взаимодействие со зрителем здесь самое что ни на есть буквальное: зрители спектакля могут легко оказаться один на один с актером, скажем, причесывая актрису, играющую Алису.

Продюсерская команда Third Rail Projects недавно представила публике свой новый иммерсивный спектакль в Нью Йорке – Grand Paradise – постановку о семье, отправляющейся на каникулы на курорт, где с ними происходят разные метаморфозы.

А что иммерсивного есть в москве?

Если вы пока не знакомы с театром вовлечения, то резонный вопрос: как выбрать постановку для первой пробы, чтобы не разочароваться? Вот четыре лучших иммерсивных спектакля, которые сейчас идут в столице.

1. «Твоя игра»

Этим летом бельгийская театральная команда Ontroerend Goed и импресарио Федор Елютин (ранее привезший в Москву спектакль-променад по городу Remote) представили Москве новый индивидуальный интерактивный опыт для одного человека «Твоя игра».

Длится спектакль порядка 30–35 минут и идет в универмаге «Цветной».

A Game of You – так спектакль называется в оригинале – уже был сыгран на театральных фестивалях в Эдинбурге и Авиньоне, но российская версия отличается тем, что дело происходит не в арт-кластере или здании театра, а в оживленном торговом центре. 

«Самый волнительный спектакль сезона… это вы», – гласит сайт проекта. И действительно, вряд ли можно придумать более быстрый способ взглянуть на себя глазами другого человека и понять, каким вы кажетесь окружающим.

2. «Черный русский»

В сентябре этого года один из главных театральных ньюсмейкеров последнего времени Максим Диденко и театральная компания Ecstàtic представили Москве первый иммерсивный мюзикл по неоконченному роману А.С. Пушкина «Дубровский».

Пространство старинного московского особняка Спиридонова превратилось в дом Троекурова, где появились свой бальный зал, столовая, cпальня, купальня, кабинет, хлев и даже лес.

Всех зрителей в начале спектакля делят на три группы, которые следуют разными маршрутами за героями спектакля, и выдают соответствующие маски – сов, оленей и лис.

По словам создателей спектакля, «Черный русский» – это прежде всего спектакль ощущений, воздействующий на зрителя на уровне всех органов чувств. Так, в хлеву пахнет свежескошенным сеном, на кухне – блинами и мясом, в спальне Маши Троекуровой – цветами. Зрителей угощают черными пельменями, травяными настойками и прочими яствами.

3. «Москва-2048»

«МСК 2048» – это новая масштабная игра в реальности от знаменитой сети квестов «Клаустрофобия» и режиссера «Гоголь-центра» Александра Созонова.

«МСК 2048» развивает концепцию иммерсивного променад-театра, соединяющего в себе ролевую игру, театр-променад и квест.

Сюжет разворачивается в мире, пережившем глобальную катастрофу, все игроки – беженцы, желающие поскорее перебраться из радиоактивных пустошей в Большую Москву. Для прохода в город необходима виза, получить которую можно в пропускном пункте убежища.

Трудно придумать лучший способ ощутить себя героем видеоигры «в реале»! «МСК 2048» полностью стирает барьеры между актерами и зрителями, сценой и зрительным залом, игровыми условностями и реальной жизнью. Игроки становятся главными действующими лицами собственных уникальных историй, выполняя задания актеров, – исход игры зависит от каждого.

4. «Русские сказки»

«Русские сказки» – спектакль-променад от Александра Созонова и Ильи Шагалова, поставленный по русским народным сказкам из знаменитого собрания Афанасьева. Идут «Сказки» в «Гоголь-Центре».

Больше года артисты провели в экспедиции по стране, чтобы посмотреть, чем живет Русь, и послушать живой народный язык.

В результате получился живой иммерсивный спектакль-променад, соединяющий в себе разные жанры – этюды, наблюдения, фантазии молодого актерского поколения на тему русских сказок, философские притчи, баллады, серенады, романсы, бардовские песни, рок и рок-н-ролл.

«Русские сказки» идут по всему театру одновременно. Перед началом спектакля зрители выбирают свою дорогу из предложенных трех – есть три группы зрителей, три выверенных пути и три разных впечатления от просмотра. В финале все соединяются в большом зале, эпилог у «Русских сказок» единый.

Источник: http://www.sncmedia.ru/entertainment/immersivnyy-teatr-chto-eto-takoe-i-na-chto-skhodit-v-moskve/

Краткая история иммерсивного театра в России

«Черный русский»: иммерсивный спектакль. Полное погружение в театральное действие

Термин «иммерсивный» произошел от английского слова immersive — «обеспечивающий эффект присутствия».

Использовать этот термин пришло в голову сотрудникам британской компании Punchdrunk — в 2011 году они поставили в Нью-Йорке теперь уже знаменитый спектакль Sleep no more.

Зрители в масках бродили по «отелю Маккиттрик» (на самом деле — по задекорированному заброшенному складу”), пока на их глазах разворачивалось действие спектакля, отдаленно напоминавшее «Макбет» Шекспира и одновременно фильмы жанра нуар 1930-х годов.

Ощущение «причастности» к действию пришлось по душе как зрителям, так и критикам — поэтому билеты на Sleep no more непросто достать даже сегодня, спустя шесть лет после премьеры. А в Шанхае, например, недавно и вовсе стартовала китайская версия спектакля.

Тем временем, попытки повторить успех Punchdrunk предпринимаются по всему миру. В России к иммерсивным спектаклям поначалу приклеилось прозвище «бродилки», по аналогии с видеоиграми.

В 2014 году одной из самых ярких бродилок стал «Норманск» в Центре имени Мейерхольда, поставленный по постапокалиптическому роману Стругацких «Гадкие лебеди».

«Норманск» задействовал все семь этажей ЦИМа, и оказался спектаклем настолько же зрелищным, насколько и затратным — а потому был показан всего 13 раз.

НАСТОЯЩЕЕ

В 2015 году москвичам впервые показали «Русские сказки» Кирилла Серебренникова в «Гоголь-центре». По сути, это не один, а двенадцать коротких спектаклей, каждый из которых посвящен одной из сказок Александра Афанасьева. Тут и «Колобок», и «Марья Моревна», и «Звери в яме».

Сказки показывали одновременно в большом, малом и репетиционных залах, а также в фойе второго этажа. Иммерсивным спектаклем в полном смысле слова «Русские сказки» назвать можно с натяжкой — в силу того, что бродить здесь можно исключительно в составе одной из трех групп. Никакой самостоятельности: у каждой группы — свой маршрут.

Соответственно, чтобы посмотреть все 12 мини-спектаклей, прийти нужно три раза.

«Русские сказки»

К появлению «Черного русского» в 2016 году стало ясно, что для иммерсивного театра нужны отдельные здания, в которых ничего, кроме спектакля, происходить не будет. Режиссер Максим Диденко выбрал для своего проекта особняк Спиридонова постройки XIX века.

Почти на целый год особняк превратился в «дом Троекурова» из «Дубровского» Александра Пушкина. Впрочем, в «Черном русском» мало что напоминает о хрестоматийном сюжете: здесь полуголые служанки, ожившие мертвецы и черные пельмени, которыми предполагается кормить артистов.

Хореографию для проекта ставил Евгений Кулагин, чья самая известная работа — «Машина Мюллер», скандальный «спектакль с голыми» в «Гоголь-центре».

«Черный русский»

Главный недостаток спектакля — тот же, что и у «Русских сказок». Гостям на входе раздавали маски сов, лис или оленей, причисляя их к одной из групп. Отделяться и ходить самостоятельно — запрещено.

Спустя пару месяцев после премьеры «Черного русского» в другом особняке XIX века показали «Вернувшихся». Спектакль ставила американская компания Journey Lab, наиболее точно следуя примеру Punchdrunk и Sleep no more. Здесь вы можете сколь угодно, и как вам заблагорассудится, слоняться по четырем этажам особняка-спектакля.

«Вернувшиеся» основаны на пьесе «Привидения» норвежского драматурга Генрика Ибсена, исследующей темы морального выбора, инцеста и эвтаназии. Это 240 сцен, которые актеры разыгрывают в 50 комнатах особняка. Некоторые из них копируют интерьер типичного скандинавского дома, в то время как другие напоминают сцены из фильмов ужасов.
«Вернувшиеся»

На «Вернувшихся» каждый зритель видит только фрагменты трагедии и должен самостоятельно восстановить полную картину происходящего. Как оказывается, занятие это довольно утомительное — и потому можно взять перерыв и пропустить стаканчик в баре на первом этаже. А затем вернуться к просмотру — хотя бы из-за отлично поставленной сцены оргии.

БУДУЩЕЕ

На театральном фестивале «Толстой Weekend» в Ясной поляне показали спектакль «Зеленая палочка» театра Gruppo Baston Verde.

Сюжет посвящен молодому Льву Николаевичу: в детстве старший бра Николай рассказал ему, что секрет счастья нацарапан на зеленой палочке, которая потерялась где-то на территории поместья.

Зрители надевают толстовские рубахи и маски с лицом писателя, а затем отправляются в путешествие по поместью длительностью в полтора часа. Перед ними разворачиваются не то сцены из детства писателя, не то фантазии на тему поисков смысла жизни.

Тут и школа, где вас попросят написать диктант, и обед посреди поля, и дуэль. Спектакль возымел успех — и потому идут переговоры о том, чтобы показывать его в Ясной Поляне на регулярной основе.

«Зеленая палочка»

В Москве, в свою очередь, в июле открывается пространство Experience Space. В особняке на Пушечной улице можно будет увидеть две работы бельгийской компании Ontroerend Goed — прошлогоднюю премьеру «Твоя игра» и новый спектакль Smile Off. Это так называемые «спектакли для одного зрителя».

В «Твоей игре» зритель попадает в лабиринт из комнат с зеркалами и видеопроекциями, где через общение с проводниками-актерами открывает свое «настоящее я».

В Smile Off все строится на запахах, звуках и прикосновениях, так как зритель на протяжении всего спектакля остается сидящим в кресле с повязкой на глазах и связанными руками.

Источник: https://esquire.ru/articles/23452-immersive-theater/

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.